Совет АПГМ указал на недопустимость включения в соглашение условия о невозврате аванса
10.09.2025
Адвокату вынесено предупреждение за включение в соглашение условия о невозврате аванса в случае досрочного расторжения соглашения и использование этого условия для отказа в возврате доверителю неотработанной части вознаграждения.
Фотобанк Freepik
По мнению одного из экспертов, заключение соглашений с условиями, ограничивающими права доверителя, является распространенной ошибкой или преднамеренным действием, которое может нарушать профессиональные стандарты. Другой полагает, что внесение адвокатами в текст соглашения необоснованных положений, нарушающих права доверителя, подрывает доверие граждан к адвокатуре и создает проблему оказания доверителям квалифицированной юридической помощи на справедливых условиях.
Совет АП города Москвы опубликовал решение, в котором указал, что ссылка адвоката, включившего в соглашение условие о невозврате аванса, на свободу договора (ст. 421 ГК РФ) несостоятельна, поскольку профессиональные этические нормы и разъяснения органов адвокатского самоуправления имеют приоритет в регулировании отношений адвоката с доверителем.
П. заключила с адвокатом А. соглашение об оказании юридической помощи для подготовки и сопровождения процесса о расторжении брака. Она оплатила адвокату наличными денежными средствами указанный в соглашении аванс. Адвокат подтвердил получение денежных средств и прислал П. отчет об объеме фактических трудозатрат за конкретный период, в котором были указаны общая стоимость оказанной доверителю юридической помощи и остаток в счет будущих периодов с учетом внесенного аванса.
Впоследствии П. обратилась к А. с письменным заявлением о расторжении соглашения об оказании юридической помощи, в котором просила вернуть неотработанную часть аванса согласно отчету, а также вернула адвокату подписанный ею отчет. Адвокат не ответил на данное заявление, а на очередной вопрос П. в мессенджере о возврате денежных средств ответил отказом со ссылкой на условия соглашения о невозвратности оплаченного доверителем аванса.
П. обратилась в АПГМ с жалобой, в которой выдвинула в отношении А. дисциплинарные обвинения: в разглашении сведений, составляющих адвокатскую тайну; в частичной необоснованности данных, изложенных в отчете адвоката, так как, по мнению заявителя, часть времени в ходе консультаций была потрачена адвокатом на обсуждение с доверителем вопросов, не относящихся к предмету соглашения; в невозврате неотработанного аванса. В отношении адвоката было возбуждено дисциплинарное производство.
Квалификационная комиссия АПГМ вынесла заключение о ненадлежащем, вопреки предписаниям подп. 1, 4 п. 1 ст. 7, ст. 25 Закона об адвокатуре и п. 6 ст. 15 КПЭА во взаимосвязи с п. 2 Разъяснений Совета АПГМ по вопросам профессиональной этики адвоката «О соглашении на оказание юридической помощи» от 29 сентября 2014 г., исполнении адвокатом А. профессиональных обязанностей перед доверителем. Это выразилось во включении в соглашение об оказании юридической помощи условия о том, что аванс не подлежит возврату, и использовании впоследствии этого условия для отказа в возврате доверителю неотработанной части вознаграждения. Квалифкомиссия пришла к выводу о необходимости прекращения в оставшейся части дисциплинарного производства ввиду отсутствия в иных действиях (бездействии) адвоката нарушений норм законодательства об адвокатуре.
В ходе заседания Совета АПГМ адвокат А. не согласился с дисциплинарными обвинениями в разглашении сведений, составляющих адвокатскую тайну, пояснив, что по просьбе доверителя выдал документы ее другу, а требование о возврате денежных средств, уплаченных по соглашению, а также иные вопросы обсуждать с указанным лицом отказался. Адвокат также посчитал необоснованным дисциплинарное обвинение во включении в соглашение, заключенное с П., условия о невозвратности оплаченного доверителем аванса при досрочном расторжении соглашения и в его последующем использовании для отказа в возврате доверителю неотработанной части вознаграждения. В качестве обоснования этой позиции А. сослался на принцип свободы договора, установленный ст. 421 ГК, а разъяснения Совета АПГМ, как и иные корпоративные правовые акты, по его мнению, носят рекомендательный характер и могут учитываться адвокатом при осуществлении профессиональной деятельности по своему усмотрению.
Рассмотрев материалы дисциплинарного производства, Совет АП города Москвы посчитал, что дисциплинарные обвинения в разглашении адвокатом конфиденциальных сведений, составляющих адвокатскую тайну, а также в частичной необоснованности отчета об оказанной им юридической помощи не нашли подтверждения в ходе дисциплинарного разбирательства. По мнению Совета палаты, в заключении квалифкомиссии приведены достаточные обоснования этого вывода. Кроме того, Совет АПГМ подчеркнул, что споры о стоимости оказанной адвокатом юридической помощи доверителю неподведомственны дисциплинарным органам адвокатской палаты, поскольку находятся за пределами их компетенции.
Вместе с тем Совет АПГМ признал установленным факт включения адвокатом в соглашение недопустимого условия о том, что оплаченный доверителем аванс возврату не подлежит, а также фактический отказ адвоката вернуть доверителю неотработанный аванс со ссылкой на указанное условие соглашения. Профессиональное поведение А. в данной части является прямым нарушением решения Совета АПГМ, принятого в пределах его компетенции, подчеркивается в решении.
Совет также отметил, что согласно п. 2 Разъяснений Совета АПГМ по вопросам профессиональной этики адвоката «О соглашении на оказание юридической помощи» доверитель вправе расторгнуть соглашение с адвокатом в любой момент оказания юридической помощи (с особенностями применения ч. 2 ст. 430 ГК). При расторжении доверителем соглашения подлежат оплате фактически оказанная адвокатом юридическая помощь и понесенные им расходы. Недопустимо включать в соглашение условие об обязанности в случае его расторжения доверителем выплаты адвокату каких-либо сумм в виде неустойки, пени и т.п. либо удержания неотработанной части внесенного вознаграждения.
В решении подчеркивается, что данные разъяснения по вопросам профессиональной этики адвоката подлежат обязательному исполнению членами АП города Москвы в силу подп. 4 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре, а также п. 6 ст. 15 КПЭА, согласно которым адвокат обязан выполнять решения органов адвокатской палаты субъекта РФ и органов Федеральной палаты адвокатов РФ, принятые в пределах их компетенции. Неисполнение адвокатом этих требований также свидетельствует о ненадлежащим исполнении им профессиональных обязанностей, в том числе перед доверителем.
Совет АПГМ, соглашаясь с квалифкомиссией, признал презумпцию добросовестности А. в данной части опровергнутой, а его умышленную вину в ненадлежащем исполнении профессиональных обязанностей перед П. – установленной. При этом Совет АПГМ отклонил как несостоятельный, противоречащий требованиям законодательства и профессиональной этики довод адвоката о том, что при формировании условий соглашения об оказании юридической помощи адвокат ориентируется только на нормы гражданского законодательства, а согласие доверителя с предложенными адвокатом условиями соглашения означает их корректность и законность.
«Это же относится и к несостоятельному и явно надуманному доводу А. о том, что грубое поведение лица, приходившего к нему за документами по поручению заявителя, освобождало его (адвоката) от обязанности надлежащего исполнения профессиональных обязанностей перед ней. Такая позиция адвоката свидетельствует о непонимании либо игнорировании им существа адвокатской деятельности. В этой связи Совет считает необходимым указать адвокату А. на необходимость надлежащего исполнения и другой законодательно закрепленной профессиональной обязанности – постоянно совершенствовать свои знания и повышать профессиональный уровень (подп. 3 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре)», – указано в решении.
Избирая меру дисциплинарной ответственности, Совет АПГМ принял во внимание длительный (с 2004 г.) стаж адвокатской деятельности А. и отсутствие у него неснятых и непогашенных дисциплинарных взысканий. Вместе с тем Совет учел умышленный и грубый характер нарушения, сопряженный с игнорированием адвокатом профессиональных обязанностей и требований профессиональной этики. По мнению Совета палаты, позиция А., изложенная выше, дает основания полагать, что он и в дальнейшем намерен избирательно, по своему усмотрению соблюдать обязательные требования профессиональной этики. Такое профессиональное поведение адвоката Совет АПГМ признал недопустимым и применил к А. меру дисциплинарной ответственности в виде предупреждения.
Комментируя «АГ» решение Совета АП города Москвы, председатель МКА «Люди Дела» Борис Федосимов отметил, что изложенная в нем проблема является актуальной, поскольку касается основополагающих принципов взаимоотношений адвоката и доверителя, а также соблюдения профессиональной этики. «Вопрос о возврате неотработанного аванса при досрочном расторжении соглашения об оказании юридической помощи часто возникает на практике и может приводить к спорам. Заключение соглашений с условиями, ограничивающими права доверителя, является распространенной ошибкой или преднамеренным действием, которое может нарушать профессиональные стандарты», – пояснил он.
По мнению Бориса Федосимова, Совет АПГМ верно установил, что включение в соглашение условия о невозврате аванса при досрочном расторжении недопустимо. Это противоречит как разъяснениям Совета палаты, так и общим принципам профессиональной этики адвоката, которые предписывают доверителю оплачивать только фактически оказанные услуги и понесенные расходы. «Ссылка адвоката на свободу договора (ст. 421 ГК) в данном случае несостоятельна, поскольку профессиональные этические нормы и разъяснения органов адвокатского самоуправления имеют приоритет в регулировании отношений адвоката с доверителем. Поведение адвоката, отказавшегося вернуть неотработанную часть аванса, основанное на таком недопустимом условии, является нарушением профессиональных обязанностей», – считает он.
Член Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП Краснодарского края Сергей Филимонов также отметил актуальность рассмотренной в решении Совета АПГМ проблемы. По его мнению, внесение адвокатами в текст соглашения необоснованных положений, нарушающих права доверителя, подрывают доверие граждан к адвокатуре и создают проблемы в оказании доверителям квалифицированной юридической помощи на справедливых условиях.
«Обращает на себя внимание тот факт, что адвокат с большим стажем работы не желает соблюдать разъяснения Совета АПГМ по вопросам профессиональной этики. Подобное поведение, с моей точки зрения, не только недопустимо, но и создает прямые условия для справедливой критики адвокатов доверителями. С такими фактами необходимо незамедлительно бороться с целью их исключения в последующей адвокатской деятельности. Согласен с решением Совета АПГМ, который объективно исключил обвинения адвоката в нарушении адвокатской тайны и неправильном определении тарифов на оплату юрпомощи, оставив в силе только неправильное составление соглашения в части условия по невозвращению неотработанной части аванса. Это важный для корпорации прецедент», – резюмировал Сергей Филимонов.
Анжела Арстанова
Источник: адвокатская газета
Команда:
Статья оказалась полезной? Поделиться в
